От частника к государству: как бизнес возвращается под контроль РФ

В последние годы российские власти всё активнее возвращают под контроль государственные активы, ранее находившиеся в руках частных инвесторов. По словам председателя Комитета Госдумы по вопросам собственности, земельным и имущественным отношениям Сергея Гаврилова, это происходит преимущественно с компаниями, владельцы которых связаны с недружественными государствами или фактически прекратили работу в России. «Заводы стоят, сети обслуживания свернуты, прибыль и налоги исчезли. Государство вынуждено поднимать эти активы и возвращать их в экономический оборот», — пояснил он.

Только за первые шесть месяцев 2025 года государство получило активы на сумму более двух триллионов рублей, что в два с половиной раза превышает показатель за весь 2024 год. Общий объем изъятых активов с начала кампании уже близок к четырем триллионам.

После перехода компаний в госсобственность их не просто переименовывают: важно выстроить корпоративное управление, привлечь опытных управленцев и определить показатели рентабельности, модернизации и загрузки мощностей. Каждый вложенный рубль должен отражаться в отчетности — в виде прибыли, нового оборудования, сохраненных рабочих мест и налоговых поступлений. «Только так государственные компании могут конкурировать с частным сектором по качеству продукции и инвестиционной активности», — отметил Гаврилов.

В ряде случаев государство использует «национализацию в кавычках»: временно управляет проблемными предприятиями, а затем продаёт их частным инвесторам на условиях сохранения рабочих мест, инвестиций и уплаты налогов в России. Такой подход позволяет формировать слой крупного капитала, ориентированного на внутренний рынок и долгосрочное развитие страны.

Особое внимание уделяется стратегическим активам — портам, крупным промышленным площадкам, пищевым и перерабатывающим предприятиям, инфраструктуре экспорта и транспортным цепочкам. После национализации компании продолжают работать, сохраняются трудовые коллективы, производственные линии и контракты. Меняется структура собственников и органы управления, но не назначение активов.

Скорость процедур также заметно возросла: средний срок смены собственника составляет около двух месяцев. В параллель разрабатываются механизмы взыскания дивидендов и убытков с бывших владельцев, если до национализации средства были выведены из компании. Это формирует для рынка сигнал: уходить в офшоры или оставлять долги становится всё менее выгодно.

Прогноз Гаврилова прост: тренд на национализацию сохраняется. Он укрепляет крупные российские компании, перераспределяет прибыль в пользу внутреннего рынка и бюджета, а для бизнеса служит сигналом выстраивать стратегии с учетом национальной юрисдикции. Инвесторам же он советует поддерживать юридическую гигиену активов, проверять цепочки владения и аудитировать законность решений, чтобы снизить риск конфликта с государством и открыть пути к партнёрским проектам внутри страны.